воскресенье, 1 марта 2015 г.

Малый бизнес не для малых сих



Предприниматели — о недобросовестных чиновниках, налогах и «теневом» бизнесе.
Судя по заявлениям чиновников, в кризис власти решили поддержать малый бизнес старыми обещаниями: редкое официальное лицо, выступая на экономическую тему, не упомянет о необходимости снизить налоговую нагрузку и убрать административные барьеры. Генпрокуратура намерена провести в регионах проверки исполнения законов о поддержке малого и среднего предпринимательства. В правительстве обсуждают создание новой структуры, которая будет заниматься развитием малого и среднего бизнеса. По подсчетам первого вице-премьера Игоря Шувалова, сейчас в этой сфере занята четверть трудоспособного населения, власти рассчитывают в ближайшие годы увеличить показатель до 50%. Корреспондент «Новой» поговорила с несколькими предпринимателями о том, как им живется в кризис.

Вас здесь не стояло.

С предпринимательницей Ольгой Панфиловой договариваемся встретиться «у страусов». Двухметровые Федя и Маруся важно вышагивают по ту сторону сетки. Красавцы вылупились в России, едят отечественную капусту, морковку и яблоки. В соседней клетке завтракают декоративные куры, фазаны, павлины. Породистых голубей можно брать в руки. Летом здесь бесплатно раздавали молодых крольчат. К фотосъемке питомцы привыкли. В Саратове это единственный контактный зоопарк, детей сюда возят со всего города.


Как рассказывает Ольга, бизнес-идея родилась на прогулках с ребенком — когда выяснилось, что развлечь детей в окраинном Заводском районе практически негде. Десять лет назад Ольга с мужем поставили в сквере батут и карусель, заселили в вольер первого кролика.

Предприниматели благоустроили прилегающую к аттракционам часть сквера — проложили пешеходные дорожки, посадили деревья и клумбы, поставили беседки, соорудили стационарный туалет. На 200 тысяч рублей оборудовали спортплощадку и подарили ее муниципалитету.

Развлекательному парку Панфиловой угрожает не кризис, а отношение чиновников. Ни состояние экономики, ни даже указания высшего руководства развивать малый бизнес не мешают мелким начальникам продвигать личные интересы.

Проблема в том, что у Панфиловой не оформлен договор аренды на землю. Согласно «Правилам землепользования», утвержденным городской думой, в зеленых насаждениях общего пользования можно размещать монументы, мемориальные комплексы, общественные туалеты, водные объекты. Об аттракционах в документе не говорится. Это очень удобно: оставить в законе пробел, дающий простор для личных договоренностей с чиновником. По словам Ольги, много лет аттракционы размещались в сквере на основании устного разрешения районной администрации. Когда власть в районе поменялась, прежние соглашения утратили силу.

В прошлом году полиция возбудила административное дело по статье 7.1 КоАП «Самовольное занятие земельного участка». Аттракционы побросали в самосвал и увезли. Оборудование (стоимостью около миллиона рублей), хранившееся на открытой площадке, пришло в негодность. Панфилова пропустила сезон. Тем временем на другом конце сквера появились карусели конкурентов, которые, как предполагает Ольга, более симпатичны чиновникам.

Администрация Заводского района подала иск «об устранении препятствий в пользовании земельным участком». По решению арбитражного суда области ИП Панфилова должна демонтировать и вывезти все свои объекты, установленные в сквере. В решении суда перечислены клетки для животных, мостик над прудом, декоративные изгороди вдоль газонов и даже «деревянный домик с табличкой «Туалет», а также «лавки на пеньках в количестве 18 штук».

Ольга подала апелляционную жалобу. Спрашиваю, что она будет делать, если решение суда окажется не в ее пользу. «Я предупредила мужа: больше так вкладываться не будем. Поставим где-нибудь батут на лето, заработаем денег и свалим».

Не до цветочков.

«Этой весной люди будут сажать картошку, а не петунии. Мы на 50% сократили посевы цветов, но увеличили площадь под овощную рассаду», — рассказывает Антонина Ермакова, предпринимательница из Красноармейского района. Несколько лет назад она получила областной грант — 200 тысяч рублей на развитие малого бизнеса и начала выращивать тепличную рассаду: петунии, сальвии, бархатцы. Дело шло хорошо, Антонина Анатольевна могла позволить себе «социальный проект»: каждую весну бесплатно высаживала в городском парке цветы на сумму примерно 100 тысяч рублей. «Для меня это не принудиловка, предприниматель должен приносить пользу городу, где работает. Но в этом году нет возможности дарить подарки».

Кроме теплиц у Ермаковой есть газета, рекламная мастерская и сауна. «Все наши бизнесы не связаны с товарами первой необходимости. В первую очередь кризис пришел в сауну. Люди стали больше денег тратить на еду и меньше на развлечения, — рассказывает Антонина Анатольевна. — Газета по уровню рентабельности, как и раньше, крутится около нуля. В мастерской нет ни одного заказа на вывески и баннеры».

У Ермаковой работало около десятка человек, двоих пришлось уволить. Официально оформленный наемный работник — дорогое удовольствие для предпринимателя. С зарплаты, начисленной сотрудникам, ИП отдает 30% в страховые фонды, плюс сам работник еще платит НДФЛ. «То есть с каждых 10 тысяч рублей зарплаты моих работников государство имеет свою «пятерочку», — подсчитывает Ермакова.

Во время кризиса особенно ощутимой стала конкуренция со стороны предпринимателей, работающих нелегально. «Вот человек построил сауну во дворе своего дома в деревне. Он платит налог на землю и на имущество как физлицо, покупает свет и воду по сельскому тарифу, то есть почти в пять раз дешевле, чем я. Понятно, что он демпингует. Я с ним конкурировать не могу, у меня только на электричество и газ уходит 70–80 тысяч рублей в месяц, — рассказывает Ермакова. — Ни полиция, ни прокуратура ничего поделать не могут, потому что для привлечения к ответственности за незаконное предпринимательство надо доказать «систематическое получение прибыли». Из тени такого нелегала никакими налоговыми каникулами не выманишь, его и так всё устраивает».

Дети мечтают о госслужбе.

Сергей Громыко продает оборудование для магазинов и кафе, обслуживает малый и средний бизнес. «Нынешней зимой спрос на наше оборудование упал в три раза. Это значит, что люди меньше открывают новых точек, не проводят технического перевооружения, — рассказывает Сергей Васильевич. — Из шести звонков в день двое просят новое оборудование, а четверо — б/у, оно дешевле. А что значит б/у? Это техника без гарантийного талона и сервисного обслуживания. Расчеты по таким сделкам происходят «в тени». Продавец не показывает вырученные деньги как прибыль, но и покупатель не может показать свой расход, то есть лишается возможности законным образом снизить свою налогооблагаемую базу. Этот рынок в кризис стремительно набирает обороты».

В магазине у Сергея Васильевича можно купить товар в кредит, у него заключены договоры с тремя банками. Но ни один из них не соглашается кредитовать ИП. «Даже когда приезжают крепкие ребята — мясники из районов, булочники, хлеб-то сейчас хорошо идет, — даже им отказывают категорически, потому что занятие предпринимательством считается фактором риска».

«Я — налогоплательщик, в квартал плачу столько, сколько хватит на зарплату трем министрам, и мне глубоко не безразлично, кто на мои деньги существует. Смотрю телевизор, и порой в шоке от их глупых выступлений, — комментирует предприниматель антикризисные планы чиновников. — Ни в хорошее время, ни сейчас никакой помощи от властей мы не заметили».

Помощь предпринимателям нужна в вопросах аренды. Магазину оборудования не обойтись без больших площадей, только выставочный зал занимает 150 квадратных метров. В нынешний год магазин вошел с долгами по аренде, под угрозой выселения. В год на аренду уходит 1,1 млн рублей. По закону 180 тысяч из них можно было бы вернуть как возмещение НДС. Но арендодатель, сдающий различным фирмам четыре здания бывшего дрожжевого завода, оформлен как ИП, его налоговый спецрежим не предусматривает уплату НДС, то есть магазин Громыко, оформленный как юридическое лицо, возмещения получить не может.

Малый бизнес, по наблюдениям Громыко, не интересен ни властям, ни обществу. «Мы недавно ходили в школу на беседу о профориентации. Спросили, кто хотел бы открыть свое дело. Из 105 выпускников подняли руку трое, остальные мечтают о госслужбе».

Комментариев нет:

Отправить комментарий